Женщина с работы рассказывала, что у нее в прошлом году дочь мужа потеряла на новогодних праздниках. Он с товарищами поехал на дачу, ночью пошли на реку, и провалились в промоину, где течение было быстрое. Двое спаслись, одного на следующий день нашли, зять без вести пропал. А пара только поженилась недавно, у них еще чувства не остыли ни на грамм, тяжелая ситуация.
Дочь три дня рыдала без перерыва, из дома не выходила, есть отказывалась. На четвертый день мать с отцом приехали за женщиной, чтоб к себе забрать, присмотреть. А она выходит с таинственным лицом, улыбается мечательно. Им еще страшнее стало, думали, что уже умом тронулась. Но девушка их успокаивает, говорит, что нет, не тронулась, просто решила дальше жить. Родители вроде подуспокоились, но все же стали приезжать, поглядывать за ней, чтобы срыва не было. А она как нормальная, не плачет, не скучает. На работу ходит, за домом смотрит, щебечет. Впрочем, скоро стало понятно, что не все в порядке. Она о муже говорить отказывается, днем ходит, улыбается, а сама худеет, бледнеет, под глазами тени, волосы лезть начали. Слабость сильная, иной раз и в обморок падает. Родители ее к врачу отправляли, тот посмотрел, антидепрессанты прописал, а от терапии дочь отказалась пока. И лучше ей не становилось, все сохла.
Однажды мать пришла вечером, позднее обычного. Сидят с дочерью, чай пьют. Та все как будто нервничает, на часы поглядывает. Мать решила посмотреть не уходить пока и проследить, чего ж она ждет. Тут за окном салют гремит, а у них новостройка высотная, и прям за стеклом искры рассыпаются. Страшновато и красиво. Старшая женщина к окну подошла, посмотреть, кто там глупостями занимается, но никого не увидела, видно ушли уже. А младшая сразу к двери, а потом в спальню и дверь закрыла. И слышит мать, что дочка будто разговаривает с кем-то. Она ручку дернула, но заперто, и только женский шепот и хихиканье доносится. Матери совсем не по себе стало, она на кухню пошла, пытается со стола убирать, а мыслями совсем не о том думает. Тут дочь выходит, обнимает ее, говорит:
— Мамочка, извини, что я тебе не сказала, но Толя не умер. Он выбрался, и вынужден скрываться пока, так как думает, что его конкуренты убить пытались. Но ко мне он каждый день, ночевать приходит, только не говори никому. И извини, я ему не хочу говорить, что тебе призналась, он просил тайну хранить, поэтому он не выйдет к тебе, а ты не беспокойся, иди себе домой.
Мать стоит, не знает, что и думать. А руками машинально что-то делает, даже не осознавая своих действий. Дочь увидела, руками всплеснула:
— Мама, ты зачем суп в чашки наливаешь?
И тут дверь в спальню раскрывается, выходит зять. Вроде, как и был, только глаза страшные, пустые. И говорит не по-человечески, а словно голос в голове у женщины:
— Разве может быть такое, чтобы суп в чашки наливали?
Та, хоть и в ужасе, но отвечает, словно слова подсказал кто-то:
— А разве может быть такое, чтобы мертвый к живой ходил?
Тут затрясся пол, задрожала посуда на столе, а потом свет погас, и в тот же миг взорвался образ умершего искрами, как фейерверк, и никого не стало. Женщины из дома выскочили, дочь у родителей ночевала. Потом квартиру освятили, а потом через месяц и тело зятя нашли. Значит, приходил к девушке огненный змей, злой дух, что вдов сушит.
Вообще былички про мертвых женихов (и невест) это самая классическая классика. Они попадаются в сборнике Асафьева, поэтому многие (и я в том числе) читают их еще в детстве. Они популярны в формате детских страшилок. Про девушку, погибшую в аварии, фотографию которой подбирает парень на кладбище, у меня кажется еще в третьем или пятом классе в школе друзья рассказывали. Ну и в целом, это такой популярнейший троп.
Но для меня было удивительным открытием, что в славянской мифологии есть такой специальный инкуб, который принимает облик умершего или находящегося в отъезде мужа и приходит к женщине. Он, рассыпавшись искрами над крышей, проникает в дом через печную трубу. От таких визитов несчастная постепенно чахнет и сохнет, пока совсем не умрет.
Поэтому женщине, потерявшей любимого, не следовало ночевать одной. Также нельзя было поднимать бусы и платочки, найденные на улице, без благословения и смотреть на ночное небо — можно было привлечь это существо. Если она рассказала близким, ее могли лечить отварами трав, чтением молитв. Спастись самой ей было сложно. Было два способа такого спасения через взаимодействие с самой нечистью: три раза накинуть на него нательный крест, на третий раз он пропадал, или удивить. В сетевых источниках приводится такой пример удивления: нарядить кукол в свадебные одежды и сказать, что они брат с сестрой. Тогда змей спросит: Разве может быть такое, чтоб брат на сестре женился? В ответ надо спросить: А разве может быть, чтобы мертвый к живой ходил? Это тоже отвадит демона.
Еще есть миленькие черты, по которым можно его опознать. Во-первых, отсутствие позвоночника. Это вообще стандарт для нечисти, у лешего, например, по поверьям, та же фигня. Во-вторых, он не может произнести имен святых — говорит вместо «Иисус Христос» — «Сус Христос», вместо «Богородица» — «Чудородица». Но мне кажется, в современном виде проверки через религию вряд ли сработают, все же сейчас наша речь более светская, попробуй подлови случайно на таком. Поэтому по идее логичнее случайное спасение через удивление. Все же, надеюсь, там не обязательно было изумлять именно инцестом.
Дочь три дня рыдала без перерыва, из дома не выходила, есть отказывалась. На четвертый день мать с отцом приехали за женщиной, чтоб к себе забрать, присмотреть. А она выходит с таинственным лицом, улыбается мечательно. Им еще страшнее стало, думали, что уже умом тронулась. Но девушка их успокаивает, говорит, что нет, не тронулась, просто решила дальше жить. Родители вроде подуспокоились, но все же стали приезжать, поглядывать за ней, чтобы срыва не было. А она как нормальная, не плачет, не скучает. На работу ходит, за домом смотрит, щебечет. Впрочем, скоро стало понятно, что не все в порядке. Она о муже говорить отказывается, днем ходит, улыбается, а сама худеет, бледнеет, под глазами тени, волосы лезть начали. Слабость сильная, иной раз и в обморок падает. Родители ее к врачу отправляли, тот посмотрел, антидепрессанты прописал, а от терапии дочь отказалась пока. И лучше ей не становилось, все сохла.
Однажды мать пришла вечером, позднее обычного. Сидят с дочерью, чай пьют. Та все как будто нервничает, на часы поглядывает. Мать решила посмотреть не уходить пока и проследить, чего ж она ждет. Тут за окном салют гремит, а у них новостройка высотная, и прям за стеклом искры рассыпаются. Страшновато и красиво. Старшая женщина к окну подошла, посмотреть, кто там глупостями занимается, но никого не увидела, видно ушли уже. А младшая сразу к двери, а потом в спальню и дверь закрыла. И слышит мать, что дочка будто разговаривает с кем-то. Она ручку дернула, но заперто, и только женский шепот и хихиканье доносится. Матери совсем не по себе стало, она на кухню пошла, пытается со стола убирать, а мыслями совсем не о том думает. Тут дочь выходит, обнимает ее, говорит:
— Мамочка, извини, что я тебе не сказала, но Толя не умер. Он выбрался, и вынужден скрываться пока, так как думает, что его конкуренты убить пытались. Но ко мне он каждый день, ночевать приходит, только не говори никому. И извини, я ему не хочу говорить, что тебе призналась, он просил тайну хранить, поэтому он не выйдет к тебе, а ты не беспокойся, иди себе домой.
Мать стоит, не знает, что и думать. А руками машинально что-то делает, даже не осознавая своих действий. Дочь увидела, руками всплеснула:
— Мама, ты зачем суп в чашки наливаешь?
И тут дверь в спальню раскрывается, выходит зять. Вроде, как и был, только глаза страшные, пустые. И говорит не по-человечески, а словно голос в голове у женщины:
— Разве может быть такое, чтобы суп в чашки наливали?
Та, хоть и в ужасе, но отвечает, словно слова подсказал кто-то:
— А разве может быть такое, чтобы мертвый к живой ходил?
Тут затрясся пол, задрожала посуда на столе, а потом свет погас, и в тот же миг взорвался образ умершего искрами, как фейерверк, и никого не стало. Женщины из дома выскочили, дочь у родителей ночевала. Потом квартиру освятили, а потом через месяц и тело зятя нашли. Значит, приходил к девушке огненный змей, злой дух, что вдов сушит.
Вообще былички про мертвых женихов (и невест) это самая классическая классика. Они попадаются в сборнике Асафьева, поэтому многие (и я в том числе) читают их еще в детстве. Они популярны в формате детских страшилок. Про девушку, погибшую в аварии, фотографию которой подбирает парень на кладбище, у меня кажется еще в третьем или пятом классе в школе друзья рассказывали. Ну и в целом, это такой популярнейший троп.
Но для меня было удивительным открытием, что в славянской мифологии есть такой специальный инкуб, который принимает облик умершего или находящегося в отъезде мужа и приходит к женщине. Он, рассыпавшись искрами над крышей, проникает в дом через печную трубу. От таких визитов несчастная постепенно чахнет и сохнет, пока совсем не умрет.
Поэтому женщине, потерявшей любимого, не следовало ночевать одной. Также нельзя было поднимать бусы и платочки, найденные на улице, без благословения и смотреть на ночное небо — можно было привлечь это существо. Если она рассказала близким, ее могли лечить отварами трав, чтением молитв. Спастись самой ей было сложно. Было два способа такого спасения через взаимодействие с самой нечистью: три раза накинуть на него нательный крест, на третий раз он пропадал, или удивить. В сетевых источниках приводится такой пример удивления: нарядить кукол в свадебные одежды и сказать, что они брат с сестрой. Тогда змей спросит: Разве может быть такое, чтоб брат на сестре женился? В ответ надо спросить: А разве может быть, чтобы мертвый к живой ходил? Это тоже отвадит демона.
Еще есть миленькие черты, по которым можно его опознать. Во-первых, отсутствие позвоночника. Это вообще стандарт для нечисти, у лешего, например, по поверьям, та же фигня. Во-вторых, он не может произнести имен святых — говорит вместо «Иисус Христос» — «Сус Христос», вместо «Богородица» — «Чудородица». Но мне кажется, в современном виде проверки через религию вряд ли сработают, все же сейчас наша речь более светская, попробуй подлови случайно на таком. Поэтому по идее логичнее случайное спасение через удивление. Все же, надеюсь, там не обязательно было изумлять именно инцестом.
Комментарии (0)