Андрюшеньке двенадцать. Несмотря на столь нежный возраст, полгода он живет на Рублевском шоссе, а полгода в Сочи, в пятикомнатной квартире, с мамой и домработницей.
Андрюша ходит в онлайн школу, потому что мальчику тяжело вставать, да и в Сочи тогда на полгода не уедешь. Помимо онлайн школы, Андрюша занимается шахматами, английским и каратэ, преподаватели приходят к Андрюше на дом.
Ирине Владимировне сорок три, несмотря на не столь нежный возраст, она живет в двухкомнатной квартире с мужем, двумя детьми и собакой. Выплачивать ипотеку за квартиру еще пятнадцать лет.
Ирина Владимировна — англичанка, она учит Андрюшу английскому. Андрюша не желает учить английский. Так прямо и говорит:
— Не хочу это учить, — подпуская в голос слезу говорит Андрюша.
Ирине Владимировне отчаянно хочется треснуть Андрюшу по голове, но у нее временно неработающий муж, двое детей, собака и ипотека, поэтому Андрюшина голова не пострадает, только самолюбие Ирины Владимировны. Но это такие мелочи. Переступая порог Андрюшиной квартиры, Ирина Владимировна снимает самолюбие вместе с обувью.
— Катя, свари мне кофе, — орет Андрюша через всю квартиру. Ирине Владимировне кофе не предлагают, да она бы все равно отказалась. Это непедагогично, пить кофе при ученике.
У Андрюши одна страсть — компьютерные игры. Он часами готов рассказывать, как стрелял по монстрам, убегал от маньяка или строил город. Помимо городов Андрюша строит маму, домработницу и остальных педагогов, включая Ирину Владимировну.
— Андрюша, а что вы проходили по английскому в школе? — ласково спрашивает Ирина Владимировна.
Андрюша широко зевает:
— Не знаю.
Ирина Владимировна закрывает глаза, делает глубокий вдох и считает до десяти. Она подозревает, что Андрюша вообще не был на занятиях. Обучение в онлайн школе — это профанация, по мнению Ирины Владимировны. Но ее мнения никто не спрашивал, поэтому она вкрадчиво спрашивает:
— What did you do yesterday? (Чем ты занимался вчера?)
Андрюшины глаза загораются:
— I played. (Я играл).
Пока Андрюша во всех красках, на которые способен его английский живописует все уровни игры, Ирина Владимировна думает о том, когда ее матрица дала сбой.
— Как будет ружье? — спрашивает Андрюша.
— Rifle, — автоматически отвечает Ирина Владимировна.
Она украдкой смотрит на часы. Навязчиво пахнет кофе, Ирина Владимировна сглатывает: она не успела пообедать, директор вздумала провести совещание, поэтому сразу после школы Ирина Владимировна прибежала на занятие к Андрюше. Несмотря на свой профессионализм и всю педагогику, вместе взятые, она бы отдала свою тысячу за занятие с Андрюшей за глоток кофе. Но это никак нельзя: у нее неработающий муж, двое детей, собака и ипотека.
Наконец урок окончен. Неизвестно, кто радуется больше: Андрюша или Ирина Владимировна.
Мама выпархивает из комнаты, чтобы проводить педагога.
— Ирина Владимировна, мы вам так благодарны, — закатывает подведенные глаза Андрюшина мама, — до вас мы сменили трех педагогов.
«Наверное, у предыдущих трех педагогов не было неработающего мужа, двоих детей, собаки и ипотеки», — думает Ирина Владимировна, широко улыбаясь.
— Не может быть, Андрюша такой послушный мальчик, — говорит Ирина Владимировна.
— Правда? — Андрюшина мама доверительно кладет ухоженную руку с безупречным маникюром на локоть Ирины Владимировны: — Вы знаете, мы хотели отвести Андрея к психологу, он так быстро теряет ко всему интерес, — женщина понижает голос до шепота.
«Витамина Р ему не хватает», — думает Ирина Владимировна, переминаясь с ноги на ногу, она хочет есть, а по дороге еще надо заскочить в магазин, купить еды на вечер и корм для собаки.
— Да что вы, какой психолог? — она заливисто смеется.
— Вы знаете, Андрюша не может сосредоточиться, быстро утомляется, — продолжает мама Андрюши, испытывая терпение Ирины Владимировны.
«Сон разума рождает чудовищ», — вспоминает Ирина Владимировна высказывание Ницше, которое украшало фойе ее престижного московского вуза.
— У него просто такой возраст, — примирительно говорит Ирина Владимировна, мечтая поскорее уйти.
— Да, муж то же самое говорит, а я постоянно переживаю, — сообщает мама Андрюши.
— Всего доброго, — произносит Ирина Владимировна, но не уходит. Брови Андрюшиной мамы вопросительно взлетают. — Простите, оплата за занятие, — униженно бормочет Ирина Владимировна. Она бы не напоминала, но надо заскочить в магазин, купить еду на вечер и корм для собаки.
— Ах, да, конечно, — Андрюшина мама извлекает наманикюренными пальчиками тысячу из кошелька «луи вутон». — Извините.
— Ничего страшного, — произносит Ирина Владимировна, — до четверга.
— Ой, забыла вас предупредить, в четверг мы уезжаем на Красную поляну, я вам позвоню, — спохватывается Андрюшина мама.
— Конечно, — Ирина Владимировна улыбается. «Значит, не получится собрать половину суммы на ипотеку. Черт, черт, черт». — Хорошего вам отдыха.
Ирина Владимировна устало заходит в квартиру, вытаскивает гудящие ноги из туфель на каблуках, стирает нарисованную красной помадой улыбку. Бакс виляет хвостом и обнюхивает пакеты.
— Есть кто дома? — кричит Ирина Владимировна.
На зов из кухни выходит старшая:
— Привет, мам. Что поесть?
— Отнеси пакеты на кухню, — устало говорит Ирина Владимировна.
— Мам, помоги с математикой, — кричит из комнаты младший.
На пороге появляется муж:
— Как дела?
— Нормально, — отвечает Ирина Владимировна.
— Как занятия?
— В четверг не будет, уезжают, не знаю, когда вернутся.
Делая с младшим уроки, Ирина Владимировна думает, когда же матрица дала сбой. Она окончила школу с золотой медалью, институт с красным дипломом, она знает высказывание Ницше, но живет в двухкомнатной квартире и платит ипотеку.
Завтра она снова пойдет в школу и будет рассказывать детям о необходимости хорошо учиться, так же, как когда-то учили ее. А потом... потом они окончат университеты с красным дипломом и будут, как она, платить ипотеку и выслуживаться перед Андрюшами и их мамами.
Андрюша ходит в онлайн школу, потому что мальчику тяжело вставать, да и в Сочи тогда на полгода не уедешь. Помимо онлайн школы, Андрюша занимается шахматами, английским и каратэ, преподаватели приходят к Андрюше на дом.
Ирине Владимировне сорок три, несмотря на не столь нежный возраст, она живет в двухкомнатной квартире с мужем, двумя детьми и собакой. Выплачивать ипотеку за квартиру еще пятнадцать лет.
Ирина Владимировна — англичанка, она учит Андрюшу английскому. Андрюша не желает учить английский. Так прямо и говорит:
— Не хочу это учить, — подпуская в голос слезу говорит Андрюша.
Ирине Владимировне отчаянно хочется треснуть Андрюшу по голове, но у нее временно неработающий муж, двое детей, собака и ипотека, поэтому Андрюшина голова не пострадает, только самолюбие Ирины Владимировны. Но это такие мелочи. Переступая порог Андрюшиной квартиры, Ирина Владимировна снимает самолюбие вместе с обувью.
— Катя, свари мне кофе, — орет Андрюша через всю квартиру. Ирине Владимировне кофе не предлагают, да она бы все равно отказалась. Это непедагогично, пить кофе при ученике.
У Андрюши одна страсть — компьютерные игры. Он часами готов рассказывать, как стрелял по монстрам, убегал от маньяка или строил город. Помимо городов Андрюша строит маму, домработницу и остальных педагогов, включая Ирину Владимировну.
— Андрюша, а что вы проходили по английскому в школе? — ласково спрашивает Ирина Владимировна.
Андрюша широко зевает:
— Не знаю.
Ирина Владимировна закрывает глаза, делает глубокий вдох и считает до десяти. Она подозревает, что Андрюша вообще не был на занятиях. Обучение в онлайн школе — это профанация, по мнению Ирины Владимировны. Но ее мнения никто не спрашивал, поэтому она вкрадчиво спрашивает:
— What did you do yesterday? (Чем ты занимался вчера?)
Андрюшины глаза загораются:
— I played. (Я играл).
Пока Андрюша во всех красках, на которые способен его английский живописует все уровни игры, Ирина Владимировна думает о том, когда ее матрица дала сбой.
— Как будет ружье? — спрашивает Андрюша.
— Rifle, — автоматически отвечает Ирина Владимировна.
Она украдкой смотрит на часы. Навязчиво пахнет кофе, Ирина Владимировна сглатывает: она не успела пообедать, директор вздумала провести совещание, поэтому сразу после школы Ирина Владимировна прибежала на занятие к Андрюше. Несмотря на свой профессионализм и всю педагогику, вместе взятые, она бы отдала свою тысячу за занятие с Андрюшей за глоток кофе. Но это никак нельзя: у нее неработающий муж, двое детей, собака и ипотека.
Наконец урок окончен. Неизвестно, кто радуется больше: Андрюша или Ирина Владимировна.
Мама выпархивает из комнаты, чтобы проводить педагога.
— Ирина Владимировна, мы вам так благодарны, — закатывает подведенные глаза Андрюшина мама, — до вас мы сменили трех педагогов.
«Наверное, у предыдущих трех педагогов не было неработающего мужа, двоих детей, собаки и ипотеки», — думает Ирина Владимировна, широко улыбаясь.
— Не может быть, Андрюша такой послушный мальчик, — говорит Ирина Владимировна.
— Правда? — Андрюшина мама доверительно кладет ухоженную руку с безупречным маникюром на локоть Ирины Владимировны: — Вы знаете, мы хотели отвести Андрея к психологу, он так быстро теряет ко всему интерес, — женщина понижает голос до шепота.
«Витамина Р ему не хватает», — думает Ирина Владимировна, переминаясь с ноги на ногу, она хочет есть, а по дороге еще надо заскочить в магазин, купить еды на вечер и корм для собаки.
— Да что вы, какой психолог? — она заливисто смеется.
— Вы знаете, Андрюша не может сосредоточиться, быстро утомляется, — продолжает мама Андрюши, испытывая терпение Ирины Владимировны.
«Сон разума рождает чудовищ», — вспоминает Ирина Владимировна высказывание Ницше, которое украшало фойе ее престижного московского вуза.
— У него просто такой возраст, — примирительно говорит Ирина Владимировна, мечтая поскорее уйти.
— Да, муж то же самое говорит, а я постоянно переживаю, — сообщает мама Андрюши.
— Всего доброго, — произносит Ирина Владимировна, но не уходит. Брови Андрюшиной мамы вопросительно взлетают. — Простите, оплата за занятие, — униженно бормочет Ирина Владимировна. Она бы не напоминала, но надо заскочить в магазин, купить еду на вечер и корм для собаки.
— Ах, да, конечно, — Андрюшина мама извлекает наманикюренными пальчиками тысячу из кошелька «луи вутон». — Извините.
— Ничего страшного, — произносит Ирина Владимировна, — до четверга.
— Ой, забыла вас предупредить, в четверг мы уезжаем на Красную поляну, я вам позвоню, — спохватывается Андрюшина мама.
— Конечно, — Ирина Владимировна улыбается. «Значит, не получится собрать половину суммы на ипотеку. Черт, черт, черт». — Хорошего вам отдыха.
Ирина Владимировна устало заходит в квартиру, вытаскивает гудящие ноги из туфель на каблуках, стирает нарисованную красной помадой улыбку. Бакс виляет хвостом и обнюхивает пакеты.
— Есть кто дома? — кричит Ирина Владимировна.
На зов из кухни выходит старшая:
— Привет, мам. Что поесть?
— Отнеси пакеты на кухню, — устало говорит Ирина Владимировна.
— Мам, помоги с математикой, — кричит из комнаты младший.
На пороге появляется муж:
— Как дела?
— Нормально, — отвечает Ирина Владимировна.
— Как занятия?
— В четверг не будет, уезжают, не знаю, когда вернутся.
Делая с младшим уроки, Ирина Владимировна думает, когда же матрица дала сбой. Она окончила школу с золотой медалью, институт с красным дипломом, она знает высказывание Ницше, но живет в двухкомнатной квартире и платит ипотеку.
Завтра она снова пойдет в школу и будет рассказывать детям о необходимости хорошо учиться, так же, как когда-то учили ее. А потом... потом они окончат университеты с красным дипломом и будут, как она, платить ипотеку и выслуживаться перед Андрюшами и их мамами.
Комментарии (0)