Я не поступила в университет, и моя мама устроила меня санитаркой в операционную. Это был мой первый или второй день работы в больнице. Итак, сверкающая чистотой операционная, на каталке привозят мужика, готовят удалять геморрой. Меня подзывают и дают в руки бинт. - Новенькая?! Перевяжи больному мошонку! Я подхожу, поднимаю простынь (а живого голого мужчину я вижу первый раз в жизни): "Мамочки мои, у мужчины там столько всего! Чего перевязывать-то?!" К ужасу своему понимаю, что не знаю, что именно называется – мошонка. И здесь правильнее всего было - не позориться, а просто спросить хирурга, но я не ищу легких путей. Полагая себя очень взрослой, я не хотела показать свое незнание столь интимной сферы. Думаю: мошонка – это центр этой длинной штуки. Локоть – это же центр руки, ну вот. А мошонка – это центр пениса. Не понятно, конечно, на фига её перевязывать, но врачу виднее. Наверное, чтоб отеков не было. Да, именно. На ноги одевают компрессионное белье, а член перевязывают – все логично. И я перевязала. Бинт, зараза, сначала соскальзывал и не держался на хозяйстве. Тогда я старательно затянула со всей силы, на которую была способна. Еще и красивый бантик сверху завязала. Благо, больной уже был в наркозе - иначе подпрыгнул от дикой боли. Я была довольна собой: как лихо я справилась с поручением! Но тут пенис больного начал стремительно краснеть, а потом чернеть буквально на глазах. Я испугалась. Что-то явно идет не так! Пробую развязать этот чертов бантик – но куда там! Он тотально затянут на пенисе. Тут в операционную зашли хирурги: - Чего ты возишься! Давай скорее! Увидев член с бантиком, они сначала лежали на полу от смеха, а потом орали таким благим матом – стены краснели. По итогу все закончилось почти хорошо: бинт (с трудом) разрезали, член освободили, операцию провели. А меня стали звать «девочка с бантиком». И звали так до последнего дня работы. Эта история, кстати, до сих пор по больнице ходит. Как байка. Врачи – люди циничные.... Но я-то пережила. А вот, представь, тот мужик… Отходит он от наркоза и думает: ладно, ноет задница, все-таки геморрой вырезали, но почему писюн болит и весь натертый? Загадка….. PS Если спросите: а зачем вообще потребовалось мошонку перевязывать?, объясняю: геморрой удаляют на гинекологическом кресле – и при этом мужские половые органы свешиваются и мешают хирургам. Чтобы этого не было – из бинта делается что-то наподобие мешочка, куда аккуратно и бережно (ключевые слова!) помещается мошонка, отводится в сторону и фиксируется, ни в коей мере не травмируя больного. Но этого я тогда не знала, да и знать не могла – это был мой первый день – а объяснять мне никто не стал. Команду – «Перевязать!» – я поняла буквально, что-то нужно что-то обвязать и затянуть. Но на самом деле врачи имели ввиду именно бережно отвести «хозяйство» в сторону. Именно это и должен делать младший медицинский персонал.